Рюдзин (rudzin) wrote,
Рюдзин
rudzin

«А что, французам мы тоже проиграли?»
Фельдмаршал Кейтель, при виде французских
представителей в зале для подписания
безоговорочной капитуляции Германии.
Карлсхорст, ночь с 8 на 9е мая 1945 года.



Какое-то время назад я в очередной, далеко не в первый и даже не в десятый раз посмотрел один из своих самых любимых фильмов - "Большая прогулка". Как-то само собой получилось, что после многократных обсуждений (например, здесь, здесь или здесь), что же представляли из себя Франция и французы, будучи в оккупации, обращал я внимание не на содержание фильма, которое и так знаю наизусть, а на мелочи, которые могут какую-то информацию на эту тему показать. Понятно, что строгой, выверенной, точно соответствующей происходившему информации из комедийного фильма получить нельзя. Но вот что в фильме, как мне кажется, присутствует - это собственное отношение французов 1966 года к тому, как они жили под немцами в 1942м, и отношение это мне кажется достаточно показательным.

Под катом максимально сокращенный (ну уж как вышло) пересказ; натянутости, связанные с лёгкостью фильма, я постараюсь не замечать, а в основном хочу рассмотреть кадры, на большинство из которых, смеясь над великими комиками Бурвилем и де Фюнесом, обычно внимания не обращают.



Лето 1942го. Заблудившийся и повреждённый британский бомбардировщик сбивают над Парижем. Члены экипажа прыгают с парашютами, предварительно договорившись, где и когда встретятся. Положение осложняется тем, что, по-видимому, кроме командира, никто не знает ни слова по-французски.


Проще всего оказывается командиру, сэру Реджинальду. Он спускается в зоопарк. В оккупированном Париже работает зоопарк. Причем не в режиме "спасти ценных зверей", а полноценно - мы видим чистый бассейн, ухоженный парк и дорожки, из зверей - морского котика, жирафов, тигров, слонов, бегемота. Очевидно, что меню только перечисленных животных содержит и мясо, и рыбу, и свежие фрукты-овощи. Служитель - не абы как, а в форме. При этом он произносит убившую меня фразу: "Уходите быстрей, зоопарк скоро откроется и тогда здесь будут немцы". В закрытом зоопарке немцы вражеского лётчика ловить не посмеют.


Значительно хуже приходится другому лётчику, Питеру. Он сваливается прямо на голову одному из главных героев - маляру Огюстену, который красит декоративную решётку в какой-то нацистской резиденции. На подъёмнике-люльке табличка с его именем; существует, конечно, шанс, что оккупанты силой оружия заставили малого предпринимателя Огюстена красить стену, но глядя на его довольное лицо, аккуратную работу etc приходится сделать вывод, о том, что видимо он работает не принудительно, а добровольно, за плату. Первая его реакция - не помочь лётчику, а: "Уходите! Уходите отсюда быстрей!" Если бы не случайность, так и продолжал бы Огюстен красить немцам стены ещё пару лет, и только начавшаяся с обнаружением парашютиста стрельба вынуждает его бежать.


Третий парашютист - Алан, падает прямо на крышу Гранд-Опера. Здесь мы встречаем нашего второго героя. Станислас - прима-дирижёр, вдохновенно готовится к концерту, на который вечером придёт какая-то немецкая шишка, поэтому лётчику приходится угрожать ему ножом, чтобы заставить помочь себе. Станислас начинает сотрудничать, только получив обещание, что свалившийся с неба лётчик уйдёт.
Здесь мы впервые встречаем участников сопротивления. Не слишком скрываясь, практически в присутствии немцев, они укладывают бонбу в трибуну, где будет сидеть главный фашист. Тут сложно что-то вразумительно обсуждать. Видимо, оккупанты настолько расслаблены и не приучены к терактам, что абсолютно доверяют французским рабочим.


Тем временем Огюстен со своим подопечным после бегства по крышам пытаются спрятаться в жилом доме, где знакомятся с Жюльет - внучкой кукольника. В этом доме есть чистые убранные лестничные клетки, есть работающие лифт и телефон и нет бумажных полосок на окнах, которые клеили в советских городах, чтобы стекла во время бомбёжек не лопались. Штор для светомаскировки тоже, кстати, нет. Не бомбят англичане Париж, да и никто этого не ожидает.


Реджинальд, Станислас и Огюстен встречаются в турецких банях. Эти бани поразили меня, ещё когда я первый раз подростком смотрел фильм. Мало того, что они есть и работают, они доступны для всех, никаких "только для немцев"; расслабленность этих самых немцев там полная - Реджинальд с Огюстеном просто забирают немецкую генеральскую (!) форму с вешалки. А если бы у них была граната? Гранат не было, немецкие генералы свободно ходили по улица и баням Парижа, это ж не какая нибудь варварская Прага.
Договорившись о встрече, новые знакомые расстаются. Станислас, обрадованный скорым избавлением от англичан, едет в оперу (однако на рикше едет, оккупация, такси нету), не зная, что его там ждёт ловушка.


Огюстен и Реджинальд идут в кукольный театр, где кукольник обещает им помочь выбраться из зоны оккупации, отдав в провожатые внучку.
Тут много примечательного. Входя в театр, командир отдаёт честь французскому полицейскому, который скромно стоит у заборчика. Немецкий генерал - простому жандарму. Кадр уходит, но не видно, чтоб француз ответил.
Теперь сам театрик. Детки нарядны, веселы, видна женщина в костюме няни, т.е. у парижан (ну как минимум у их части) есть материальная возможность отправлять детей в театр. Никто не боится облав, бомбёжек, терактов, поэтому театр полон, детей можно спокойно отпускать на улицу.
Совещание после спектакля. Лётчик достаёт карту-носовой платок. Видно, что хотя Эльзас-Лотарингия на этой карте и окрашены во французские цвета, но граница аннексированной территории проведена. В дальнейшем мы увидим, что на других картах всё немного по другому.
Вообще, последующий план спасения ставит меня несколько в тупик, надеюсь, знающие френды смогут мне разъяснить мои сомнения. Подростком я почему-то посчитал, не посмотрев внимательно, что эвакуация подразумевает переход на территорию Швейцарии, нейтральной страны, из которой лётчики могли бы попасть на родину. Однако на самом деле мы видим, что идея состоит в том, чтоб переправиться на территорию Виши, у которого с английским правительством и солдатами, мягко говоря, непростые отношения. Что могут планировать англичане у вишистов? Как с ними должны были там поступить? Почему они не ломанулись в Швейцарию?


Станислас попадает в засаду. Он дирижирует оперой под дулом автомата, но Реджинальд с Огюстеном, а также взрыв, который устраивают подпольщики, также помогают ему удрать, а затем, вместе с переодетым в пастушку Аланом, вся группа бежит на лодке через канализацию.
Не удержусь всё же - если все подпольщики подрывают немецких генералов с помощью большого театрального рубильника, совершенно не скрываясь, то видимо, их действительно быстро вылавливают.


У беглецов возникает проблема - им нужно переодеться. с целью достать одежду из люка в качестве наживки выставляется одетый пастушкой Алан. Западающие на него мужики падают а люк, где их раздевают.
Что мы видим на улице Парижа вечером? Дамы в модных нарядах, господа, в общем, тоже не в рванье; комендантского часа нет. Беглецы получают нужную им одежду, достаточно быстро раздев несколько человек, поэтому не совсем понятно, как они умудряются опоздать на поезд, в котором уезжают Майк и Жюльет.


Приходится украсть почтовую машину и ехать на ней. Мне здесь кадр нравится: много читал, что немцы по России передвигались в основном пешком, на лошадях, велосипедах, машин было очень мало, да и те часто конфискованные в оккупированных странах. В Париже их недоконфисковали, как видим. Здесь же рядом кадры начала фильма, когда парашютистов только ловят - немецкие солдаты передвигаются по Парижу либо бегом, либо на великах.


Поезд. Быстрый паровоз, комфортные вагоны, вкусный обед. Немцы и французы едут вместе, при этом в поезд может попасть любой, в т.ч. английский летчик без документов и знания языка. Настолько без знания языка, что он не может сказать немецкому офицеру Pardon вместо Sorry, на чём и попадается.


А вот майор, ведущий дело о парашютистах, выслушивает доклад о поимке. Обратите внимание карту Франции - здесь Эльзас/Лотарингия отмечены как французские, немцы, в отличие от англичан, не осмелились отделить их даже на карте в своём штабе.


После того, как у почтовой машины кончается бензин (да, в стране, похоже, всё-таки нет свободной продажи бензина), беглецам приходится украсть в монастыре грузовичок вместе с монахиней. Видно, что грузовик, подтверждая мысль об отсутствии бензина, ездит на дровах. Беглецы уезжают к границе в полным кузовом неконфискованных оккупантами продуктов, рядом пасутся нереквизированные немцами то ли коровы то ли кони. Волшебные слова "Матка, млеко, яйки, курка", видимо, во Франции не работают.


Однако просто так проскочить не удаётся. Протаранив немецкий блокпост, дровяной грузовичок долго и достаточно успешно убегает от трёх мотоциклов, по очереди расправляясь с ними. Один из мотоциклов валится в пруд, гуси и утки на берегах которого демонстрируют нам тяжесть жизни французских крестьян под оккупацией. Ещё один сброшен в кювет с помощью машины, рисующей разметку на дороге. У нас в Москве устойчивой разметки на дорогах не было до середины 90-х, на многих улицах нет и сейчас, а в оккупированной Франции в 1942м были и деньги, и возможности, и желание разметку такую делать на деревенских дорогах.


Спрятав англичан в бонской обители, Огюстен и Станислас добираются до места - отеля, хозяйка которого должна переправить их через границу. Совершенно случайно в ту же гостиницу селится приехавший их ловить немецкий майор. Вывеска отеля горит электрическим светом, рядом с отелем, на той же площади, расположен работающий, видимо, банк. Майор со своим адъютантом проехал через всю страну в открытой машине, никого не опасаясь, и явно не экономя на бензине.


Утром Огюстен и Станислас, переодевшись в немецкую форму, пытаются, судя по всему, перейти границу. Неудачно - их задерживает патруль и ведёт в комендатуру (?), где содержится пленный Майк, и куда монахиня везёт дань - две бочки вина, а заодно и двух английских лётчиков. Вот кстати, ещё один замечательный кадр, видно, как тяжко трудятся местные жители, работая на оккупантов.


Комендатура. Майк не в гостинице, как можно было бы предположить по обстановке и его спокойному виду, это он в плену. В комендатуре много местных, причём с детьми. Я проследил за старушкой в центре кадра - пока Майка ведут по лестнице, она что-то ищет, потом обращается с вопросом к проходящему немецкому солдату (не к кому то из своих соотечественников, нет), то ей объясняет что-то, и она, получив нужную информацию, уходит. Просто таки пример для плаката "Французский народ и немецкая армия едины".
Допрос. Ничего особенного. Майор, проехав полстраны, узнаёт имя и личный номер лётчика, на чём успокаивается. За спиной кстати, опять карта, и снова Эльзас с Лотарингией - французские.


Реджинальд и Алан устраивают всем побег. Они добираются до ангара с двумя планерами, на которых и улетают под музыку Берлиоза от немцев, которые и тут умудрились начудить, сбив свой же самолёт-разведчик.
Тут я бы обратил внимание даже не на то, что планеры доступны всем кому не попадя, и даже не на очередное стадо овечек... Кадр со спускающимся не парашюте немецким пилотом совершенно необязателен и несёт только одну функцию, как мне кажется: показать, что на этой войне никто не погибает. Конец фильма.

В общем, Кейтель имел полное право удивиться французам, собирающимся принимать у него капитуляцию.

Да, а фильм, тем не менее, замечательный.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 56 comments